Печать
Версия для слабовидящих Авторизация
КАЛЕНДАРЬ СОБЫТИЙ

ИСТОРИЯ В ДАТАХ
Мы в соцсетях

ВКонтакте

Одноклассники

Facebook

Twitter

Instagram

Tik Tok

ФОТОАЛЬБОМ
Наши партнеры

Детский клуб буракова Культура малой Родины Золушка Молодой коммунар

Новости региона

ГОСУСЛУГИ

Национальные проекты России

РегионыРоссии

Культурный навигатор

Официальный интернет портал правовой информации

Работа в России

Горячая линия Федерального агенства по делам национальностей

Памятные даты военной истории

Культура РФ

Гранты России

"ПОП-ШОУ В ГОРОДЕ КАРМАНОВЕ"



Фото "ПОП-ШОУ В ГОРОДЕ КАРМАНОВЕ"Именно шоу и именно в Туле, не где-то в вымышленном Карманове, а  в Туле, в городе-герое, в городе-труженике со славными трудовыми традициями, с древнейшим историческим прошлым и прославленной нынешней толкучкой, вокруг которой и завертелось все «детективное шоу с песнями, танцами и выстрелами».

 

  Итак, очередная премьера в Театре юного зрителя спектакля «Сон Матроса» в постановке Л.Арзуньяна и очередной критический взгляд на этот спектакль Татьяны Мариничевой в газете «Молодой коммунар» от 27 апреля 1989 года.
  Правда, сам критик и заявляет, что «не претендует на истину в последней инстанции, а высказывает свое мнение», с чем и хотелось бы поспорить.
  Свою статью Мариничена начинает подробным пересказом повести Ю.Коваля «Приключения Васи Куролесова», затем слегка останавливается на мультфильме и пьесе по этой повести и потом уж переходит к спектаклю, как бы сравнивая его с первоисточником и выискивая в нем авторскую интонацию. Но ведь известно, что С.Иванов создал второй вариант пьесы, написанный специально для Тульского ТЮЗа, тесным образом связанный с замыслом режиссера-постановщика, и именно его интонация становится доминирующей. Что же это за интонация и почему она стала непонятной и не принятой Татьяной Мариничевой?
  Спектакль «Сон Матроса» не мог появиться ни в Томске, ни в Днепропетровске, но именно в Туле, в городе с многотысячной воскресной «толкучкой» на вещевом рынке. Театр откровенно поворачивается к этой проблеме лицом, пытается подняться до обобщения и в то же время быть узнаваемым и максимально приблизиться к действительности. Давайте же не побоимся и приоткроем окно в эту действительность, давайте пройдемся по Красноармейскому проспекту или по улице Ленина, свернем в парк отдыха и вглядимся в окружающих нас ребят. Какая пестрота красок на лице и в одежде, какие туфли и кроссовки, какие куртки и джинсы?! Откуда все это? Из универмага? Да вроде нет там этого. Тогда откуда же? Давайте поинтересуемся, каким фотоаппаратом пользуется корреспондент местной газеты? Может, «Зенитом»? Увы, на аппарате нерусское слово «Niсоn», и в магазине нет такой марки. И это действительность! Давайте прислушаемся к беседе молодых парней на остановке. Язык вроде русский, но что-то в нем нас смущает, и мы стараемся сделать вид, что многого не слышим. Вот она действительность, в которую и пытается заглянуть театр, в которой пытается разобраться, выудить подлинные ценности, отделить их от мнимых.
  Известный педагог Рыбникова сказала: «Читать — это значит рассуждать, это значит мыслить вместе с автором». Так же и спектакль должен втягивать зрителя не только в переживания, но и размышления, и в рассуждения. Пусть знак вопроса пробьется к мысли каждого.
  Автора статьи о премьере беспокоит то, что «антигерои выглядят гораздо привлекательней, чем герои». Во-первых, почему сразу «анти»? Батон, Рашпиль, Курица, Зойка — люди со своими взглядами на жизнь, со своей философией, со своими страстями и увлечениями. Они среди нас, мы с ними знакомы. Что ж, выходит, мы живем среди антипеть и антивась. И во-вторых, почему «антигерои», то есть отрицательные персонажи должны выглядеть спившимися алкоголиками и убийцами, как  в том же упомянутом мультфильме? А если опять же не выходить к зрителю с готовой формой, а дать возможность поразмыслить: как в красивых, обаятельных, веселых ребятах уживаются трусость и ложь, подлость и клевета? Пусть они из зала сами определят, с кем им дружить: с Васей Куролесовым и Матросом или с Курицей и Батоном? Не будем им грозить и указывать пальцем. Ведь шестые-восьмые классы уже знают и Пушкина, и Толстого, ставивших в своих сочинениях куда более сложные вопросы.
  Музыка в спектакле — неотъемлемая часть его, как танцы, свет, костюмы. Почти у каждого из персонажей есть своя музыкальная тема, которая не только оформляет, но и подчеркивает и раскрывает создаваемые актерами образы.
  Капитолина Степановна  Куролесова появляется под мелодию популярной песни «Вернисаж». Вернисаж это не только праздник картин, это и праздник души, это весна, любовь. И актриса играет именно эту сторону жизни, а не то, что она успешно трудится в общепите.
  Появление «темных сил города»— банды Курицы сопровождается ритмическим боем ударника. Это марш безумной силы, поправ человеческое в себе, сметает все на своем пути ради достижения своих корыстных целей. И актеры доказывают это своей работой.
  И уж с чем совсем нельзя согласиться - это со «скоростным ликбезом» в спектакле по поводу классических музыкальных вставок. Кстати, пока что сам критик путает еще Чайковского с Камилем Сен-Сансом. И почему ликвидация музыкальной безграмотности - это плохо? В городе не так много концертных залов, филармоний, музыкальных театров, где можно «живьем» услышать того же Сен-Санса. И поэтому театр берет на себя и воспитательную миссию по музыкальному образованию наших зрителей. А сейчас, в пору гуманизации нашего общества, эта работа является едва ли не самой важной и ответственной.
  И последнее. Театральная критика - дело очень топкое, во многом субъективное. Критика всегда подстерегает опасность превратиться из внимательного, пытливого зрителя в назидательную классную даму. Критик слушает свой внутренний голос и порой не замечает дыхание и пульс зрительного зала. А если говорить об «истине в последней инстанции», наверное, это зритель. Вы согласны, Татьяна?

Сергей РОМАНОВ, актер ТЮЗа (Молодой коммунар 8/06/1989)



^ Наверх