Печать
Версия для слабовидящих Авторизация
КАЛЕНДАРЬ СОБЫТИЙ

ИСТОРИЯ В ДАТАХ
Мы в соцсетях

ВКонтакте

Одноклассники

Facebook

Twitter

Instagram

Tik Tok

ФОТОАЛЬБОМ
Наши партнеры

Детский клуб буракова Культура малой Родины Золушка Молодой коммунар

Новости региона

ГОСУСЛУГИ

Национальные проекты России

РегионыРоссии

Культурный навигатор

Официальный интернет портал правовой информации

Работа в России

Горячая линия Федерального агенства по делам национальностей

Памятные даты военной истории

Культура РФ

Гранты России

ДВЕ БАБЫ-ЯГИ. И ОБЕ - КЛАССНЫЕ!



Фото ДВЕ БАБЫ-ЯГИ. И ОБЕ - КЛАССНЫЕ!Две Бабы-Яги, а не много ли? Тут и с одной хлопот не оберешься: "Ты знаешь, какая я баба!» — «Ага!» — «Не ага, а Яга!..» Уразумели разницу! А что творится, если две такие бабы да вместе сойдутся!..

 

  Тут уж ни в сказке сказать, ни пером описать. Надо только помнить, что Бабы-Яги бывают двух типов: по виду и по сути. В спектакле, поставленном Александром Литкенсом в Тульском ТЮЗе по пьесе «Две Бабы-Яги» Р. Сеф и Т. Карелиной, есть этот вечный намек, который добрым молодцам урок. На добротную народную сказку с обильными приключениями эта пьеса, пожалуй, не тянет, но создатели спектакля смогли найти интересное решение: они стали играть в игру. По сути, то, что показывают на сцене — капустник, и в нем актеры не играют персонажей, но играют в наше представление о них, смущенное большим количеством мультфильмов, фильмов-сказок и книг с современными иллюстрациями языческих времен.
  Говорят, что дирекцией театра перед Литкенсом была поставлена задача... Нет, не так официально: дирекция попросила Литкенса поставить спектакль «с наименьшими затратами»: не очень дорогой и «малонаселенный». Режиссер, как ему и положено, не пришел от подобного предложения в восторг, упирался, а потом в сердцах заявил, что, если надо, он сможет поставить и телефонный справочник. В спектакле заняты всего четыре актера, но не зря еще семьдесят лет назад родилось крылатое выражение: лучше меньше, да лучше. Правильно подобранный актерский состав определил половину успеха спектакля.
  Итак, главное действующее лицо — кузнец Федор: добрая душа, светлая голова, золотые руки, рубаха-парень. Можно бы еще сказать — шляпа, но этот предмет туалета не вписывается в лубочный стиль спектакля. Ринад Кондаев, вечное амплуа которого — герой и красавец без изъяна, здесь отошел от своих иванов-царевичей и принцев прекрасных и перевоплотился в помесь простофили с неизвестным героем, которого — помните? — «ищут пожарные, ищет милиция». Из тех, которые рвут рубахи на груди, бегут очертя голову, не щадя живота своего, спасать, защищать... Может быть, даже и Бабу-Ягу.
  А Баба-Яга, между прочим, раньше была Еленой Прекрасной, а потом полюбила Кощея Бессмертного и ему же уподобилась: от зависти сгорбатилась, от злости постарела и теперь страдает. Так и норовит что-нибудь с собой натворить, только никак не может выбрать, что именно. Может, отравиться? Или взорвать себя? Или утопиться?.. Выбор широчайший — глаза разбегаются. Но разве тут утопишься, когда всякие спасители так и шастают?! Зато можно страдать, вспоминая: «Я тонула в тухлом колодце...» Эза Бяшимова здесь играет, подражая известной греческой актрисе Папатанасиу, точнее, играет как Папатанасиу в спектакле театра Маяковского «Медея», когда приезжала в Москву в 60-е годы. Ах, какой трагизм в стебном спектакле! «Я тонула!.. Это было так страшно!..» И тут же, голосом гражданки из очереди: «Ты зачем меня спас?» Даже восьмилетний народ при этом задыхается от хохота. Нет, ну, действительно, кайф-то какой: нашего человека хлебом не корми, дай только пострадать, и неважно, каков при этом интерьер. Тухлый ли колодец, хрущевка или пятиэтажный особняк в два гектара площадью, главное — сполна насладиться процессом. Тут, глядишь, и воспоминания о молодости пошли, о злодее Кощее.
  А Федя, лопух несчастный, раз ничего не понял и все испортил, пусть теперь отправляется к Кощею за бабулькиной молодостью: спасать, так на всю катушку. Тут, правда, невеста Дуня взбунтовалась и личное счастье под угрозой, но чем не пожертвуешь ради любимого занятия! Людмила Анкина, которая представляет Дуню,— актриса высокопрофессиональная, она с такой хлесткостью изображает эту акулу в бантиках, что просто «бьет в десятку» каждым ее появлением на сцене, каждым движением, словом. Захапать всего и побольше — это ее заветная мечта, торгашка — суть. Каждый выход Дуняши сопровождается блатной песенкой «Купите бублички», подчеркивая эту суть нэпмановской красотки. А чего стоит их кадриль с Кощеем с нарочито оттопыренными филейчиками! Тут Дуня старается, то лаской, то таской выторговывая себе счастье, для нее Кощей — не страшилище, а материализовавшееся обеспеченное будущее.
  Впрочем, Кощей и впрямь хорошо выглядит на фоне прочих лапотников в своем прикиде а-ля Богдан Титомир («Ну что, колхознички?.. Се-ля-не...») А как ироничен, элегантен, умен! Царь-Кощей, одно слово. Владимир Аношкин, играющий роль Кощея, по совместительству преображается в еще одно не менее колоритное сказочное чудище — Змея Горыныча. Тут, конечно, тоже неувязочка с внешностью и сутью, в прошлом-то он ведь белым лебедем был, по сей день мелодию из «Лебединого озера» напевает. Правда, прошли те славные времена, осталась одна лебединая песня, и Змей работает истопником у Кощея во дворце: от одного его вздоха сразу три печки зажигаются. Но зато змеиный облик тоже отдает современностью: вместо зубчатого хохолка у него на голове — лайковый, а на руках — боксерские красные перчатки. Без них нельзя: ведь по ходу сказки Змей должен драться. У каждого нормального добра молодца для такого случая всегда припасено какое-нибудь оружие. Или орудие, как та киянка, что болтается у Федора на боку. А Змею, что же, безоружным на бой выходить?!
  Четверо актеров на сцене прекрасно чувствуют друг друга и подыгрывают, как положено в слаженном актерском ансамбле. А им всем подыгрывают те, кто принимал участие в работе над спектаклем. Когда на прогоне показали «каркас» спектакля Игорю Небольсину, он тоже увлекся игрой и подобрал к нему музыку. Валерий Сухов на эту музыку построил танцы, а Сергей Мазанов создал костюмы и соответствующие декорации. Помните, давно были такие кубики в коробочках, из которых можно было собрать разные картинки? Вот в такие кубики и играют артисты на сцене. Вертят, крутят, и получается у них то изба кузнеца, то избушка на курьих ножках, то царский дворец. По этой слаженности действий понимаешь, что восемь человек — создателей спектакля, не просто собрались вместе, но посмотрели друг другу в глаза и поняли, что им нужно делать.
  Забавно, но этот простенький спектакль принимает самая разная публика. Хохочущим детишкам он напоминает мультфильм «Летучий корабль», старую сказку на новый лад, где звучат поп-арии: «Я Водяной, Я Водяной!..» или: «Пой частушки, Бабка-Ежка, пой — не разговаривай!» Ребята постарше замечают в нем иронию и всевозможные оттяжечки, вроде: «Век кузни не видать!» А взрослые уже видят философию, второй слой, ту самую «подкладку» спектакля, которая нравится и артистам. И понимают: главное в этой жизни — вовремя вытащить Бабу-Ягу из колодца..

Марина Панфилова (Тульские известия 11/10/1996)



^ Наверх