Печать
Версия для слабовидящих Авторизация
КАЛЕНДАРЬ СОБЫТИЙ

ИСТОРИЯ В ДАТАХ
Мы в соцсетях

ВКонтакте

Одноклассники

Facebook

Twitter

Instagram

Tik Tok

ФОТОАЛЬБОМ
Наши партнеры

Детский клуб буракова Культура малой Родины Золушка Молодой коммунар

Новости региона

ГОСУСЛУГИ

РусРегионИнформ

РегионыРоссии

Культурный навигатор

Официальный интернет портал правовой информации

Работа в России

Горячая линия Федерального агенства по делам национальностей

Памятные даты военной истории

Культура РФ

Гранты России

ВСЕ КАК У СВЯТЫХ, ТОЛЬКО НАОБОРОТ?



Фото ВСЕ КАК У СВЯТЫХ, ТОЛЬКО НАОБОРОТ?Анатолий Кирьяков, актер Тульского драмтеатра, и Лариса Кирьякова, актриса ТЮЗа, в эти дни празднуют свои юбилеи. А как проходят праздники в семье артистов? И вообще, чем живет, с чего начинается актерская семья? Ответы на эти вопросы Кирьяновы давали вместе.

 

  Анатолий Митрофанович. Все началось с самого первого дня знакомства: мы вместе учились в Ярославском театральном училище, на одном курсе, и, что называется, с первого взгляда... Лара приехала в Ярославль из Тулы, я - из Донбасса. Но вообще-то родился в Сибири, семья была репрессирована. А потом все наши родственники потянулись в теплые края, что, наверное, не случайно: есть у нас греческие корни. А когда мы с Ларой на втором курсе решили пожениться, то гостями на свадьбе были студенты.
  Лариса Анатольевна. О, у нас была удивительная свадьба - двойная: женились еще наши однокурсники, местные жители, и все происходило в их квартире. И наш педагог по речи подарил нам обручальные кольца - такое еще было возможно. Тогда все было замечательно, легко и просто, жили в общежитии, все праздники - вместе, атмосфера братства на курсе, взаимоуважения.
  А. М. Коммуна, хоть этого никто вслух и не говорил.
  Л. А. Мы распределились в Воронежский ТЮЗ, но недолго там проработали: Толя ушел в армию, я - в декрет. Потом переехали в Тулу, к моим родителям.
  - Анатолий Митрофанович, вы наш город сразу стали своим считать?
  А. М. Нет! Когда в первый раз приехал, смотрю - городишко обшарпанный. Сейчас Тула стала другой, а тогда вместо Красноармейского проспекта - улочка, развалюхи, трамвайные пути. Тетки-контролеры в валенках, разрезанных по голенищу, чтобы пролезали толстые икры, за шиворот тащат безбилетников. И тогда я сказал: "Ни за что не стану играть в этом городе!" Но не зря говорят: "Не зарекайся!" Прижился, полюбил. И хоть бывает, что-то раздражает, не нравится, все равно: моя Тула. И мой Донбасс. И - мой Севастополь, где я служил в театре Черноморского флота, с тех пор постоянно море снится.
  - У артистов обычно своеобразный семейный архив: афиши, программки. Вы их храните?
  Л. А. Не все, но если спектакль запомнился, был этапным... Есть афиши к нашим дипломным спектаклям, "Мадемуазель Нитуш" и "Беспокойная старость", где я тогда играла госпожу Полежаеву, - роль очень характерная. Потом, уже тульские "Завтра была война", "Жестокость", "Дикие лебеди" - я сама подала заявку, и роль Мачехи удалась, по мнению тех, кто видел эту работу.
  А. М. А у меня был дебют в тульской драме "Прежде чем пропоет петух". Еще помнится "Трубадур" - спектакль-праздник, несколько лет чудесной жизни для всех, кто был занят в нем. Еще "Коварство и любовь": там было несколько исполнителей на одну роль, но я тоже подал заявку, и меня утвердили, что было своего рода победой. А сейчас подать заявку просто невозможно: нет денег на костюмы.
  Л. А. И потому все идет в одном составе, и ролей мало, актеры, особенно старшего возраста, играют не столько, сколько хотелось бы. Как раньше работалось: с выездного спектакля - на сцену, со сцены - на выездной! Вечером на выезде отработали, чуть-чуть поспали и в семь утра - снова играем для тех, кто пришел из ночной смены. Какие водевили были! "Беда от нежного сердца" - успех и в Туле, и по области. Но не зря нас предупреждали педагоги: в ТЮЗе хорошо работать в молодости, но надо успеть вовремя перейти в драму.
  А. М. Мы всегда старались работать в одном театре, я дважды уходил в ТЮЗ, потом снова возвращался сюда. Лариса переходила в драматический - не сложилось, пришлось уйти.
  Л. А. Меня это надолго выбило из колеи, потому что начиналось все отлично. Давали роли, сама подавала заявки, пыталась что-то делать. Но... слишком скромна, что ли. Или не судьба?
  А. М. Нет, это не абстрактная "судьба". Много другого: что за человек главный режиссер, подходят ли они с данным актером - не в личностном, а в творчеством плане - друг другу. И потом, в пьесах всегда больше мужских ролей, а в каждой труппе неизменно преобладают женщины.
  Л. А. Так или иначе, но у меня юбилей, а мне играть нечего. И мне страшно от этого. Конечно, будь иная экономическая ситуация, материальные возможности, позволяющие иметь в театре большой репертуар, были бы роли и для актрис, которым за... И что делать, если ты еще не полностью реализовала себя, ведь именно сейчас приходит мастерство, понимание профессии?
  - А в одном спектакле вам случалось играть?
  А. М. Непосредственными партнерами не были, но в ТЮЗе вместе играли в спектакле "Все как у святых, только наоборот", в драме были вместе, когда шел "Синьор из общества". Но, честно говоря, мне сложно работать с Ларой: я все время за нее переживаю.
  Л. А. Этому я просто удивляюсь, потому что переживать не за что!
  А. М. Ничего не могу с собой поделать, знаю, где и какие нагрузки в ее роли, и волнуюсь, жду, как она с ними справится. Дома случалось работать вместе, когда реплики надо покидать, подсказку сделать, но сейчас все реже: работы мало, у меня опять переходный период, играю пока в трех спектаклях: "Быть или не быть", "Великолепный Краюшкин" и "Простоквашино" - там у меня долгожитель Матроскин. Я его играл уже не знаю сколько лет, но у котов ведь нет возраста.
  Л. А. А я фактически без работы, и это ужасно, и настроение меняется по нескольку раз на дню, как только вспомнишь об этом, задумаешься - состояние депрессии. Вот она - профессия, и любимая, и всепоглощающая, и...
  А. М. Жестокая! Когда у одного из нас неудовлетворенность в работе, в творчестве, тяжело это переживать, особенно если у тебя дела идут нормально. Тогда нужно и свое хорошее не растерять, и суметь поддержать человека.
  - Знаете, а вы похожи, и внешне, и, кажется, по характерам...
  А. М. Ну, не зря же: муж да жена - одна сатана...
  Л. А. Коса на камень, искры до небес. Мы это называем: "Итальянский квартал". Даже когда работаем на даче, то так спорим, что слышно всем в округе. О чем полемика? О глобальном: где и что сажать, например. Или что и куда прибивать.
  - Вы про декрет вскользь упомянули: а ребеночку-то кой годик?
  А. М. Нашему Илье уже двадцать семь, он - частный предприниматель.
  - В театр не пустили? Или сам не пошел?
  Л. А. Всего понемногу, хотя он в детстве пробовал играть, в "Синьоре из общества" мы работали всей семьей, и ему нравилось, потому что получалось. Но потом стали спекулировать на этом: "Будешь плохо учиться, не будешь играть на сцене». Так и отвадили.
  - А каков у вас сегодня круг общения?
  А. М. Очень ограниченный. Только свои, поскольку у нас все не как у людей: работаем в праздники, отдыхаем по будням. Для кого-то понедельник - день тяжелый, а для нас он - самый легкий день, потому что выходной.
  - Все как у святых, только наоборот?
  А. М. А я считаю, что актеры-то и есть святые, потому что нет на свете больших бессребреников. И ведь есть такие, кого не знает никто в городе, незримые труженики, всю жизнь занятые в массовых сценах, в эпизодах, - так уж случилось, такие роли попадаются. Станиславский говорил: "Нет маленьких ролей, есть маленькие актеры . Слова! Не те времена, когда можно налепить на себя кучу усов и бород и тем запомниться зрителю. Театр сегодня, хоть люди и хотят зрелищ, воспринимается не просто как развлечение - наш зритель постоянно задает актеру вопрос и хочет услышать ответ. Потому должна быть соответствующая пьеса и выигрышная роль. А если все пусто и глухо, получается калейдоскоп со сменой цветных картинок. А еще все наши актеры - верующие. Не в том смысле, что в церковь ходят регулярно. А просто в душе у них - Вера, без нее и актера нет.

Марина Панфилова, фото Вячеслава Малахова (Тульские известия 14/05/1999)



^ Наверх